Login

Гештальт-терапия

Автор: GorAton вкл. .

Гештальт-терапия интересна тем, что она является сложным синтезом нескольких направлений психологии и психотерапии : психоанализа , экзистенциальной психологии, бихевиоризма, психодрамы и дзен-буддизма.

С точки зрения гештальтпсихологии человек воспринимает и мыслит мир как совокупность образов, а каждый образ воспринимается как целостная структура — гештальт (от немецкого слова «gestalt» (образ, форма)). Построение и завершение гештальтов является естественным ритмом жизнедеятельности человека. Целью гештальт-терапии является воссоздание гармонии человеческой психики и организма.

У человека в течение жизни накапливается много невысказанных слов, невыраженной боли, подавленного гнева. Постепенно все это оседает, создает напряжения (в том числе и реальные физические напряжения мышц, которое перерастает в стойкие органические изменения), появляются хронические заболевания. Напряжение ищет выхода, завершения. Для гештальт-терапевта единственный способ избавиться от чувства тревоги и дискомфорта - пережить их до конца.

Изначально гештальт-терапия создавалась как групповая терапия.

Работа гештальт-терапевта основывается на трех основных концепциях: контакт, сознавание и эксперимент. Контакт исходит из того очевидного факта, что каждый человек, чтобы выжить, должен контактировать с окружающим миром. Его психологическое благополучие зависит от качества таких контактов. Контакт устанавливается с помощью таких естественных функций, как способность видеть, слышать, осязать, двигаться, говорить, обонять и чувствовать вкус. Хороший контакт может быть различным у разных людей, и даже у одного человека может существенно меняться во времени.

Сознавание обозначает конкретные переживания, сообщающие человеку о том, что происходит в нем самом или в его окружении. Сознавание побуждает к действию, а также говорит о завершении и результатах действия. Это меняющийся процесс, складывающийся из последовательности фигур, оказывающихся в фокусе и воспринимаемых на каком-то менее выраженном фоне. Основная идея заключается в том, что в своих действиях человек проходит один за другим ряд циклов потребностей, которые могут быть описаны с использованием принципа гомеостаза. Существует естественный ритм, в соответствии с которым из целого ряда потребностей особое значение вдруг приобретает одна и индивид приступает к ее удовлетворению. Затем он дает возможность этой потребности "лечь на дно", а "на поверхность" выходит другая. Таким образом, повторяется цикл вступления в контакт и выхода из него.

Гештальт-терапевт фокусирует внимание клиента на этих составляющих опыта, акцентируя и усиливая их до того момента, когда происходит экспрессивное взаимодействие и проявляется внутренне присущее клиенту стремление завершить ранее незаконченные ситуации. «Нет ничего, кроме того, что есть здесь и теперь. Теперь есть настоящее... Прошлого уже нет. Будущее еще не наступило». «Прошлое и будущее заключают в себя то, что уже когда-то было или будет, тем самым формируя психологические границы настоящего и представляя собой тот психологический фон, на котором и может возникнуть фигура». Это цитаты из работ основоположника этого подхода в психотерапии Ф. Перлза.

Началом гештальт-психологии считают небольшую экспериментальную работу Макса Вертгеймера, которую он выполнил в 1912 г. с Вольфгангом Келером и Куртом Коффкой. Сущность этой работы заключается в том, что световые вспышки могут быть дифференцированы только в том случае, если экспозиция между ними не менее 0,06 секунды. Основной вывод из этой работы заключался в том, что части и целое — понятия относительные. Части составляют взаимосвязанное целое и не могут рассматриваться изолированно. Человек не воспринимает раздражители как сумму составляющих, а выделяет из них главное, необходимое ему в данный момент для саморегулирования и адаптации. В свое время меня удивил результат подобного эксперимента. На долю секунды испытуемым показывали фрагмент шахматной партии и просили запомнить. Когда с подобной просьбой обратились к гроссмейстеру, то он был удивлен предложенными условиями, и при этом заметил: «А преимущество было на стороне белых».

Историки психологии любят сталкивать гештальт-психологию и бихевиоризм, образно говоря, — «лбами». Еще бы, между этими теориям столько противоречий — гештальтисты считают, что решение может прийти в голову внезапно, а бихевиористы — что все задачи решаются путем проб и ошибок. С точки зрения математики бихевиористы видят человека как сумму слагаемых-реакций, а гештальтисты считают, что целое - не есть сумма его частей. Но на самом деле одни изучают поведение, другие — мышление. Поэтому сравнивать эти две теории по существу не так-то уж и просто.

Интересна «Молитва гештальтиста». У врачей есть клятва Гиппократа. А у гештальтистов — клятва Фредерика Перлза , которая так и называется «молитва гештальтиста»:

Я делаю свое, а ты делаешь свое.

Я живу в этом мире не для того, чтобы соответствовать твоим ожиданиям. А ты живешь в этот мире не для того, чтобы соответствовать моим.

Ты это ты, а я это я. И если нам случится найти друг, друга — это прекрасно.

Если нет, этому нельзя помочь.

В чем смысл этой молитвы? Во-первых, каждый человек отвечает лишь за самого себя в этой жизни. Да, каждый человек имеет право не брать на себя ответственность за чью-то жизнь при достижении своих личностных целей. Во-вторых, эта молитва выражает собой протест против давления общества и семьи, которое заставляет человека подчиняться ожиданиям других людей. Но эта молитва не призывает наплевательски относиться к желаниям и чувствам других людей! Наоборот, психолог-гештальтист обеспечивает своим клиентам более высокий уровень осознания себя, более высокий уровень риска и учит брать на себя ответственность за боль личностного развития.

Гештальт-терапевт в своей работе стремится восстановить ритм сознавания и включенности в действие, для чего он может обращаться к сознаванию человека на любом из уровней: ощущений, желаний, действий, чувств или ценностей. Он фокусирует внимание клиента на этих составляющих опыта, акцентируя и усиливая их до того момента, когда происходит экспрессивное взаимодействие и проявляется внутренне присущее клиенту стремление завершить ранее незаконченные ситуации.

Когда мы работаем в рамках гештальт-подхода, клиенту предоставляется возможность действовать. Этот эксперимент создает то, что Перлз называл "безопасным кризисом", когда экспериментальное исследование может быть направлено и поддержано. Диалог, движение, работа тела, фантазирование и отыгрывание представляют собой ценные техники, способствующие преодолению ограничивающего опыта прошлого. В относительной безопасности психотерапевтического кабинета клиент может свободно подбирать способы перехода от сознавания к адекватному действию или контакту. В основе всех этих разнообразных психотерапевтических средств лежит стремление восстановить во всей полноте взаимодействие человека с окружающим миром

С точки зрения гештальт-терапии, клиенты держатся за прошлое и чувствуют тревогу, вину или депрессию, когда их опыт не "завершен", или с этой частью их прошлого не сформирован соответственный гештальт. Обычно это означает, что человек не смог выразить себя необходимым способом и зациклился на негативном чувстве, которое мешает ощущению личной силы в его нынешней жизни. Соответственно, техники гештальт-терапии представляют собой стратегии помощи людям при восполнении своего опыта с целью освобождения от чего-либо, что удерживает их, например, гнева, боли, чувства вины или страха. Клиенту помогают превратить "фон" в "фигуру". Если некто испытывает чувство тревоги или депрессии, но не знает почему - довольно обычная ситуация, гештальт-терапевт предполагает, что человек приобрел чувства или опыт, которые не были пережиты или выражены до конца, потому что были слишком тяжелыми, чтобы пережить их. Методы гештальта заключаются в перемещении этого опыта из тьмы в сознание пациента. Фон должен стать фигурой, должен быть пересмотрен, изучен и честно пережит, чтобы можно было избавиться от него. Для гештальт-терапевта единственный способ избавиться от чувства тревоги и дискомфорта - пережить их до конца. У человека в течение жизни накапливается много невысказанных слов, невыраженной боли, подавленного гнева. Постепенно все это оседает, создает напряжения (в том числе и реальные физические напряжения мышц, которое перерастает в стойкие органические измения). Напряжение ищет выхода, завершения, и человек стремится достичь желаемого эффекта в каком-то другом, замещающем действии. Часто это происходит непроизвольно — внешний стимул “притягивает” реакцию, адресованную совсем не ему. Это тот случай, когда, не имея возможности высказать свой гнев начальнику, человек приходит домой и срывает гнев на сыне; когда по непонятной никому причине женщина влюбляется в мужчин с голубыми глазами (независимо от их поведения и взаимности), потому что они похожи на ее первого возлюбленного.

Постоянное подавление, откладывание эмоциональной реакции постепенно приводит к тому, что человек начинает отчуждаться от части своих эмоций, воспринимать их как что-то находящееся вне его воли и контроля, а иногда и вне организма: не “я злюсь”, а “на меня внезапно нападает гнев”... Борьба с этим “нападающим” может быть долгой и безуспешной — ведь она направлена на то, чтобы отогнать его подальше... В некоторых случаях результатом такого взаимодействия могут стать физические (психосоматические) болезни — когда симптомы служат выражением потребностей той части, с которой человек упорно борется.

— Наши тараканы пошли войной на соседей и победили...

— Как хорошо!

— Хорошо-то хорошо, так ведь они пленных привели...

Примерно так происходит, если в человеке уживается не одно страдание, а несколько. Часть времени они конфликтуют друг с другом, вызывая почти непреодолимые затруднения при попытке принять какое-то важное решение, планировать свое будущее — трудно действовать, одновременно зная, что “надо быть хорошим”, “все неправильные” и т.п. Но в некоторых случаях страдания объединяются и усугубляют друг друга, вызывая чувство полной безнадежности и бессмысленности жизни.

Целью гештальт-терапии является воссоздание гармонии человеческой психики и организма. В результате качественно проведенной гештальт-терапии человек избавляется от некоторых “деталей”, позаимствованных у других людей, и восстанавливает собственную гармонию и целостность. Он получает возможность находиться в состоянии “здесь и сейчас”, целостно реагируя на то, что реально происходит вокруг него, а не на травмирующие воспоминания, чувства, не относящиеся к данному событию, или страхи перед будущим развитием событий... Тогда реакции становятся действительно достаточно мягкими и адекватными.

Дальнейшее изложение более специфично


Теперь мы поговорим об основных защитных механизмах, которые использует человек в своей жизни. Сразу скажу, что изначально они являются адаптивными и очень помогают человеку выживать и развиваться, а затем человек не хочет с ними расставаться и они начинают тормозить развитие, мешать человеку в жизни, развиваются неврозы. Человек защищается от среды для сохранения себя по следующим механизмам:

1-й. Слияние (конфлуэнция). Проявляется в том, что границ индивида и среды нет (одежда, дети, квартира – это я или среда?). Пока ребенок маленький, слияние с матерью - норма, выражается и в речи мамы: говоря о ребенке, она говорит «мы поели». Мать чувствует, что хочет ребенок («нам холодно»), и если слияния взрослого с младенцем не будет, ребенок может не выжить. Он еще не осознает свои потребности, среда (мама) и он – едины. У ребенка сначала нет своих границ.

Есть рабочее слияние (понимаем, кто и что), есть дружеское (понимаем без слов). Есть слияние в интимной близости – любовь. Невротическим оно становится, когда я чувствую себя частью другого. При этом потребности двоих могут не совпадать. И начинаются распри. При слияниях часто в речи употребляют слово «Мы». Слияние другого человека со мной проявляется тогда, когда от меня ожидают определенных действий, а я не хочу. В этом случае возникает угроза разрушить отношения или делать то, что не хочется.

Цель работы со слиянием в психотерапии заключается в нахождении пути к зрелости. Брать на себя ответственность, учиться справляться со своими проблемами самостоятельно и учиться создавать свой безпроблемный мир – это результат хорошо проведенной терапии.

2-й. Интроекция – механизм усвоения чувства, взгляда, убеждения, нормы из внешней среды или образцы поведения других людей без проверки собственным опытом. Интроекция представляет собой сдвиг границы среды внутрь индивида. Как правило, это не переваренные идеи, а просто принятые на веру, это не пережито на своем опыте, принято без критики. В обучении детей многое дается, как образец, а ребенок это подражает без осмысления, не переваривая. Что бы интроект стал истинной, надо выработать свое к нему отношение, а не основываться только на вере. Часто в отношении интроектов наблюдается не критичность – это истина и все, без изменений конфигурации и сомнений, а это плохо. Однако, интроекция позволяет учиться не на своих ошибках (по замечанию Бандуры). Особенность всех интроектов человека состоит в том, что они «глубоко сидят» и нужно затратить много времени и сил, чтобы их убрать в работе с психотерапевтом.

Не все интроекты вредны и среди них есть много полезных. «Улицу надо переходить на зеленый свет», «Фрукты надо мыть» и другие. Слово «надо» в речи человека часто яляется индикатором интроекта. Интроект – это мысль, идея, интеллектуальное образование, чувства при нем вторичны, а могут быть нейтральны. Как правило, люди держатся за свои интроекты. Боязнь нового – это боязнь потерять гомеостаз. Человек выбирает те факты и их интерпретации, которые подтверждают его картину мира. От рамок плохо, но зато с ними привычно, а без них опасно.

3-й механизм. Проекция (прямая противоположность интроекции, как правило, они дополняют друг друга) заключается в том, что человек отчуждает присущие ему качества, которые не соответствуют его Я-концепции, и приписывает их другим людям. При проявлении проекции граница человека переходит во вне. То, что принадлежит ему, приписывается среде – «в чужом глазу соринка видна…». Человек не признает в себе отвергаемых качеств. Негативное в себе он не хочу признавать, а видит это в другом и приписывает среде. Это проявляется и в критике других людей – человек не хочет снижать свою самооценку, признавая то, что ему не нравится, в себе. Бывает и обратный вариант при заниженной самооценке– видит хорошее в другом, но не в себе. Я свое хорошее отражаю на других и именно это в них вижу.

Работа с проекцией заключается в признании проецируемых качеств. Название упражнений говорит само за себя: «Лекарство от любви», «Лекарство от ненависти». Важен этот механизм, как приспособление, это предвосхищение всех событий и всех контактов. Человек может предположить, как будет развиваться ситуация.

Интересен такой аспект этого механизма. При проекциях сам организм делится на Я и среда – я не пришел на работу, т.к. голова болит. Не я, я- то хотел, но моя голова не дала мне это сделать. Важно взять ответственность на себя и понять вторичную выгоду головной боли. Вообще, как правило, работа со вторичной выгодой занимает очень много времени и встречает большое внутреннее неосознаваемое сопротивление клиента. И классический гештальт-подход здесь солидарен с экзистенциалистами и достаточно жесток: «Зачем ты заставил свою голову заболеть?». И ответ на этот вопрос полезно принять.

4-й механизм. Ретрофлексия – резкий поворот на себя, обращение на себя того, что предназначено среде. Гнев на обидчика переносится на себя. Появляется аутоагрессия, чувство вины. Потребности не могут быть удовлетворены из-за их блокирования социальной средой – срабатывают запреты. Это прямой поворот на себя. Я сам в себе удовлетворяю самого себя – сам себя люблю, ругаю и т.д.

Обращение агрессии внутрь себя приводит к гастриту, язве, инфаркту. Сейчас более 80% заболеваний являются психосоматическими, а у некоторых вообще нет физиологической основы, это зависит от стадии развития болезни, сначала она психогенна, а потом происходит изменение в самих тканях. Особенно это: сердечно – сосудистые, кардиология, желудочно-кишечные, гастроэндокринология, эндокринология, аллергия, бронхиальная астма («невыплаканные слезы»), бронхо-легочные и спазмы в мышцах, и даже психические заболевания. Психосоматика, говоря метафорически, это неотреагированные чувства.

Необходимо помнить, что болевое ощущение возникает, как нечто полезное, это сигнал неблагополучия, на которое надо обратить внимание. Без болевого сигнала человек не смог бы жить. Важно не потерять контакт со своим телом, а о чем оно нам сообщает. Ретрофлексия и, как следствие, психосоматика, часто возникает у детей, подвергающихся неправильному воспитанию.

Грегори Бейтсон выдвинул теорию о так называемой двойной связи (double bind). При исследовании семей, в которых дети страдали психическими расстройствами (вплоть до шизофрении), он обнаружил, что их родители (чаще матери) общаются с ребенком при помощи двойной связи. Их просьбы были настолько противоречивы, что, выполнив какое-то одно требование или правило, ребенок автоматически нарушал другое. За этим достаточно часто следовало наказание.

На 4—5-летнего ребенка почти без пауз обрушиваются указания типа: “Сиди, молчи, подойди к столу и отвечай на вопросы...” Так как одновременно сидеть и идти к столу, отвечать и молчать ребенок (да и взрослый) не может просто физически, то часть распоряжений не выполняется. Ребенок чувствует себя виноватым и достаточно быстро приобретает привычку не делать вообще ничего, чтобы не навлечь на себя гнев родителей. Но это не помогает, и они начинают упрекать его в лени и бездеятельности (продолжая наказывать за проявления активности) и потом жалуются психологу на апатию и вспышки непонятных эмоций у подростка. Позитивный аспект ретрофлексии в том, что она тормозит нас, т.к. есть и заслуженная критика.

Не всякую вину полезно снимать. Есть объективная вина – нанес вред другому, ищи способ исправиться. Это вина отличается от вины при выходе из слияния. Неадекватно также, когда меня обижают, а я еще и виноват. Обращенную агрессию надо вернуть, грызть не себя, а обидчика. И сделать это можно экологично в присутствии терапевта. И здесь как раз очень помогает техника «Пустого стула», когда есть возможность высказать наболевшее.

Еще коротко об одном часто встречающимся механизме защиты.Дефлексия (ввел Ирвин Польстер) – уклонение от реального контакта, человек избегает непосредственного контакта с другими людьми, проблемами и ситуациями, пассивность. Принимая одно, уклоняюсь от другого и так каждый раз. Формы выражения дифлексии – «салонные разговоры» (разговоры ни о чем) болтливость, шутовство, ритуальность и условность поведения, захихикивание проблемы.

Когда же завершается работа гештальт-терапевта и его клиента? Окончанием работы над проблемой будет не только понимание роли пациента в создании собственной проблемы и не столько даже изменение его поведения. Сигнал о завершении работы - это свобода в эмоциональном и поведенческом реагировании (от автоматических действий и стереотипов). А также осознанная личная ответственность за последствия своего выбора.

Работа с психотерапевтом предполагает преодоление собственных ограничений, обретение свободы расти и развиваться. И в этом смысле сам пациент определяет направление своего развития. Подходя без страха и предубеждения к тому, что есть внутри него, пусть это сила или слабость, ненависть или любовь, жестокость или мягкость, или все это вместе, он становится реальным человеком в реальном мире. Такой подход, в отличие от мифа о себе, замечается пациентом по хорошему самочувствию, появившейся энергии и активности.